Провести следующую Анабаро-Хатангскую экспедицию ему не при­шлось. Ко времени окончания Оле-нёкской экспедиции царь удовлетво­рил ходатайство Императорского Географического общества о пре­доставлении Александру Чекановско-му права на свободное место жи­тельства. После 12-летней ссылки Чекановский появился в Петербурге. Научная общественность встретила его с восторгом. Доклады о си­бирских северных землях, которые он делал с присущей ему эмоциональ­ностью и эрудицией, собирали боль­шую аудиторию.

Однако в глазах официального Петербурга Чекановский оставался бывшим преступником. Отношение к нему было настороженное, даже враждебное. Общительный по натуре человек, Чекановский болезненно воспринимал это. К тому же шла русско-турецкая война, и в деньгах на экспедицию Чекановскому было отказано. Ученый тратил свое скудное жалование на обработку экспедици­онных коллекций. Видимо, все эти обстоятельства сыграли роковую роль в судьбе ученого — в 1877 г. Чека­новский отравился.

Он прожил всего 44 года, но столь богатого научного наследия никто до него и долгое время после него не оставлял. За семь лет исследова­тельской деятельности в Сибири Чекановский проделал работу, кото­рой хватило бы на десятерых. Он пересек Среднесибирское плоскогорье с юга на север и с востока,на запад, пройдя 25 тыс. верст практически пешком. Открыл трапповую провин­цию Сибири. Собрал и сдал Геогра­фическому обществу и Академии 4 тыс. образцов ископаемой флоры и фауны, по которым установлен точный возраст нескольких геологических периодов. 18 тыс. экземпляров насе­комых, 9 тыс. листов гербария, зооло­гическая коллекция, 200 подсчетов годичных колец различных деревьев от Прибайкалья до Заполярья, что поз­волило судить о приросте деревьев на разных широтах. Астрономические наблюдения точной топографической карты. Им установлено положение Восточно-Сибирской магнитной ано­малии, открыто несколько месторож­дений полезных ископаемых.

Чекановский не успел обработать и части своих экспедиционных мате­риалов. Их до сих пор еще полностью не обработали. На их основе написано более десяти обстоятельных моногра­фий и даже докторские диссертации. Полевые дневники были отредакти­рованы и изданы «научным крестни­ком» Чекановского И. Д. Черским совместно с другом покойного Ф. Б. Шмидтом. Генеральный штаб армии издал в масштабе 1:100 000 карты Чекановского, присоединив их к общероссийским съемкам.

Географическое общество пред­ставило Чекановского к высшей своей награде — Константиновской медали. К наградам представлены также его проводники Петр Голе и Петр Увачан. Из-за кончины Чекановский награды не получил, а награждать тунгусов посчитали вовсе странным. Вместо медалей оба Петра были всемилостивейше пожалованы Алек­сандром II «парадными крестьянскими кафтанами наименьшей стоимости», и то за счет Географического об­щества.

Для географов, прекрасно написанные дневники Чекановского, изобилующие ценнейшими подроб­ностями, до сих пор очень интересны и значительны.